Образование в коробочке или что делает школу – школой?

- То есть у вас дети осваивают школьную программу?

- Да.

- И у вас не школа ?

- Да.

- Ну и почему это у вас не школа?

Пролог

Павел Шиварeв

Впервые словосочетание «семейная школа» я услышал в середине 90-х годов, когда несколько родителей привели в 176 школу Екатеринбурга, где я тогда работал учителем, группу детей, которые учились до этого в семейной школе Николина. Они сели за парты и закончили своё образование в школе на тот момент вполне традиционной.

Другие же дети этой семейной школы в ней остались, закончили ее, затем сдали экзамены (и довольно успешно, кстати, если верить автору), поступили в ВУЗы и т.д. Опыт этот автором школы был через несколько лет описан в книжке, мало знакомой нынешним семейникам.  Она есть в интернете...

В это время Александр Михайлович Лобок вел в Екатеринбурге проект ЛВО, Александр Миронович Гольдин апробировал школу–парк, Тивиша (Татьяна Викторовна Бабушкина) вела с педагогами 176, где я работал, свои семинары … в общем жизнь педагогическая кипела и традиционная и альтернативная, но, честно говоря, меня это мало интересовало, мне было 22 и я не думал ни про какое СО, играл в ролевые игры и заканчивал свой юридический институт, был полностью поглощен педагогикой и вел то ли 7 то ли 8 в общей сложности предметов. И меня никак не напрягали ни школа, ни классно-урочная система.

Прошло еще несколько лет, и я продолжая свято верить в то, что школа может быть идеальной, дал старшеклассникам задание написать эссе на тему «Какой я вижу идеальную школу в будущем?». Результаты не были неожиданными, но одна работа меня потрясла. Я не помню деталей, но основная идея девочки – отличницы, которая написала это эссе, состояла в том, что она очень надеется, что хотя бы в будущем общество сможет избавиться от этих уродливых монстров – общеобразовательных школ….

Кажется, мы даже пробовали это обсуждать с коллегами. Как так? Но все это было скорее непонятно и странно - с чего бы вдруг такой негатив к школе? Они пытались учить нас, эти девочки, резко и дергано, как свойственно подросткам. Мы списывали это на подростковый возраст и не больно то учились…

Первые ласточки, которые все ж таки «пробили ведро на моей голове», (ненамеренно конечно!!!) были наши девочки-активистки, яркие интересные, позитивные, настоящие лидеры, в которых и вложено было много и прожито тоже….

Как-то на одном из круглых столов, посвященных проблеме насилия в школе, одна из них спокойно так сказала: «чего вы так переживаете, человек, а особенно ребенок, нуждается в насилии»…. Тогда я, наверное, впервые всерьез задумался о том, что что-то мы не то делаем.

Прошло еще лет 5 и мой ребенок сказал: «А я в школу не пойду». К тому моменту я уже поработал в региональном министерстве образования, институте повышения квалификации учителей и даже побыл директором муниципального учреждения и довольно отчетливо понимал, что школа это «черная дыра», которая поглощает тебя целиком, отнимая все, что у тебя есть, поэтому на вопрос , будешь ли ты когда-нибудь делать свою школу, я бы ответил однозначно - никогда.

С этого моего самоопределения и начинается история моего участия в проекте Семейная (не)школа «Искатели», который мы делаем в Калининграде последние несколько лет. Ответ на вопрос, почему этот проект называется (не)школа я бы начал с того, что делает школу школой?

Что же делает школу школой?

Я бы тут начал с вопроса: кто делает этот проект? Может быть, все дело именно в этом: если проект государства, то мы имеем дело со школой, а если семьи – с не школой? В таком понимании что-то есть, но к сожалению, не более чем «что –то».

Во-первых, в образовании государство много что делает и это не только школы.

Во- вторых, образованием может заниматься не только государство или семья, но также бизнес (частные школы) , церковь (церковные школы) и так далее.

В-третьих, семьи могут делать как школьные проекты ( семейные школы), так и не школьные (анскулинг, хоумскулинг или такие сообщества как наше…) Тут надо разбираться в чем между ними разница.

Думаю дело не в том, КТО делает проект (ну или не только в том «кто»). Тогда в чем же?

Может быть дело в программе? Допустим если это государственная программа, то это школа, а если не государственная, то не школа… Чтобы с этим разобраться надо различить содержание образования (то, КАК мы учимся) и его содержимое (то, ЧТО мы изучаем).

Если мы это сделаем, то увидим, что дело не в содержимом. Даже программы двух типовых МОУ СОШ в соседних дворах несколько отличаются друг от друга, программы частных школ отличаются от них существенно больше, в музыкальной школе, например, ребенок вообще учится игре на инструменте, а в школе танцев – танцует. Но все это – школы. Содержимое разное. Но это школы.

Итак, дело не в содержимом. А в чем?

Может быть дело в содержании? Т.е. в том, КАК построено обучение? Действительно, во всех приведенных выше примерах есть некоторая программа обучения пусть разная, но программа.

Тогда, может быть, если убрать эту общую программу и сделать как то так, чтобы каждый мог учится тому, чему он хочет, в том темпе, в котором хочет, это перестанет быть школой?

Тут бы эта статья и закончилась, но есть один кейс, который в этот подход не вписывается - сеть Sudbury Valley School, где вот уже 40 лет реализуется этот подход, где программы никакой нет, но участники этой сети называют себя школами. Почему они не говорят мы сообщества анскулеров, а вешают табличку «школа»? (Для тех, кто ничего про эту сеть не слышал, у них есть сайт (на английском, а в рунете есть много статей семейников про них, особенно семейников «со стажем»

Думаю, что общая программ один из важных аспектов «школьности» но не ключевой и не единственный. Поэтому ищем дальше.

Может быть, дело именно в табличке (в институциализации)? То есть если ты учишь ребенка дома один (одна), или вы время от времени встречаетесь несколькими семьями без определенного расписания, без поставленных заранее задач, без нанятых сотрудников, то это и только это не школа? И когда появляется институциализация, вывеска, какой то режим работы, штат, расписание, название, счет в банке, школа возникает как бы сама собой?

Не думаю. Образовательных институций много. Т.е. школа это, несомненно институция но не всякая институция – школа. Поэтому образовательный проект может быть институциализирован, обеспечивать именно общее образование и при этом быть не школой.

Школу определяет не институциализация, по крайней мере, не только она.

Мы можем копнуть еще глубже и от вещей очевидных и видимых (кто делает образовательный проект, каковы его содержимое и содержание, насколько он институциализирован) перейти к невидимым – к таким вещам как уклад, организационная культура, скрытый учебный план. Но тут очевидная сложность в том, что скрытый учебный план массовой школы, элитной частной и демократической сильно отличаются друг от друга, но это все школы.

Скрытый учебный план очень важен. Я, честно говоря, отношу себя к тем, кто считает, что образует именно он, а не перечень предметов, занятий и прочих форматов учебной работы, но при этом скрытый учебный план не есть то, что позволит отличить школу от не школы.

Может быть дело в том, что любая школа основана на власти и воспроизводит отношения власти и подчинения? Просто массовая школа воспроизводит власть авторитарную, а та же альтернативная Sudbury Valley School – власть демократическую? Думаю, это так. Это может казаться неочевидным, но есть много довольно простых и понятных историй иллюстрирующих этот момент.

«Иванов! Че? Выйди! За что? За дверь! Почему? По полу! А я не пойду! А я не продолжу урок, пока ты не выйдешь, а потом, поскольку мы потеряем время, мы его заберем от перемены…» В течение 5 секунд, если упрямый Иванов не выходит, класс уже шипит на него «ты че, дебил, что ли», иди уже… Этим приемом пользуются кондукторы, чтобы удалить из транспорта строптивого пассажира.

Вторая история смешнее с одной стороны, но с другой, она глубже и трагичней. Веду обществознание в 8 классе, говорим о свободе. Торжественно, возвышенно… Дети рассуждают про свободу, про то, как это важно… Резко командую «Встать!» Секундная заминка… Повторяю чуть тише, но настойчивей: «Встать, я сказал!». Класс встает… Сидеть остается один – балбес и хулиган над которым время от времени на уроках летала моя тряпка. «Знаем мы ваши приколы», говорит он и продолжает сидеть. В этот момент я почти готов обнять его. «Садитесь…», говорю тихо и почти обреченно. «Мы же про свободу»…. Рефлексировать нет сил. Благодарю двоечника и как то по-тихому сворачиваю урок….

Таки да – школа воспроизводит отношения власти/подчинения. Но, не смотря на это, остается вопрос: может ли любое сообщество, любая организованность как-то дистанцироваться от этого момента? Думаю, едва ли.

Думаю, что любая организованность в какой то мере и в той или иной стилистике воспроизводит отношения власти и это опять же не определяет школу.

Тогда что? При всей запутанности этой истории есть достаточно простой ответ на этот вопрос. Суть школы в том, что это место, куда вы ОТДАЕТЕ ребенка для того, чтобы ТАМ он получил образование (что бы это для вас ни значило). Здесь ключевое не образование, а ОТДАЕТЕ и ТАМ. Т.е. школа это такая коробочка более или менее прозрачная, в которую ребенок входит одним, а выходит из которой другим, в которой он «образуется». Иногда это совсем «черный ящик», иногда нет, иногда просто «камера хранения», но это всегда место, куда отдают, и место, где образование происходит в своего рода «коробочке».

Почему у нас (не)школа?

Массовая школа построена на классно-урочной системе и это ее беда, Я много пишу об этом, наиболее структурированно было тут : https://www.facebook.com/pavel.shivarev/posts/1013158025485064, но кроме пяти недостатков массовой школы, у любой школы, как таковой, есть еще одна особенность - она забирает у семьи ответственность.

Это очень тонкий момент, и чтобы про него стало понятно, расскажу историю: в школе я работал со старшеклассниками, мы много делали после уроков, в частности, ходили в походы. К определенному моменту школьная бюрократия (не люди, а скорее сам уклад) стала требовать получения записок от родителей типа: «Я такой -то такой -то, на время похода такого то ответственность и за жизнь и здоровье моего ребенка прошу возложить на….» Думаю многие писали такие записки (я тоже если что) Так вот всего один раз за много лет работы я получил записку такого содержания.

«….Уважаемый Павел Васильевич. Ответственность за жизнь и здоровье моей дочери …(фио) несу я … (фио), но в поход с вами я ее отпускаю (и смайлик в конце).»

Тогда я не понимал всю важность этой записки, как и все единичные бунты девочек –подростков это воспринималось, как блажь. Сейчас я отношусь к этому иначе, и мне хотелось бы, чтобы таких записок было больше.

По факту же школа постоянно и по-крупному и по мелочи отделяет ребенка от родителей, замещает родительский авторитет учительским, родительскую ответственность ответственностью системы, некоторых «должностных лиц», замещает образование во всем многообразии жизненных ситуаций образованием внутри искусственно созданной коробочки.

И то, что внутри системы постоянно обнаруживается дефицит этой ответственности, неготовность семьи ее нести, лишь укрепляет талантливых и по-настоящему замечательных людей, работающих в школе, продолжать это делать. Самые лучшие и добрые из них спасают детей от бездушия и безответственности родителей. Самые талантливые наполняют свою коробочку супер привлекательными штучками, начиная от всяких мультимедиа-прибамбасов и заканчивая бассейнами, ледовыми аренами, огромным количеством кружков/секций и так далее.

Коробочка остается коробочкой, что бы вы не положили внутрь.

Соответственно для формата (не)школы ключевыми элементами сюжета является то, что:

а) семья не «отдает» туда ребенка, а остается держателем ответственности за его образование до тех пор, пока он сам не начинает ее нести.

б) организуемое сообществом таких семей пространство является ОТКРЫТЫМ и занимается не столько образовыванием ребенка, сколько работой с семьей. Оно аккумулирует РАЗНЫЕ ресурсы семей, позволяя преодолеть дефициты СО (обеспечить насыщенную многоплановую развивающую среду, постоянную разновозрастную детскую группу, практики для родителей, поддерживающие СО, и так далее)

При этом такое пространство не уничтожает и очевидные преимущества СО и его суть: образование вне школы это такое образование, за которое несет ответственность семья и ребенок, такое образование, в котором ребенок образуется постоянно, во всем многообразии жизненных (естественных) и искусственных (намеренно созданных) ситуаций.

Семейная (не)школа не может и не должна забирать у семьи эту ответственность. Может только разделить ее, помогая решать возникающие вопросы. И эта ответственность, часто непосильна. (ну или кажется таковой).

Из диалога с родителями:

«За этот год я так вымоталась, это так трудно, я не могу…. Я вижу результат. У нас контакт наладился, ребенок учится хорошо, мы не болели за год …. Но я не могу , я умираю просто, я готова уже куда угодно, хоть в частную школу, хоть во дворе….»

Я не знаю, что тут сказать. Говорю что-то сбивчиво, много, эмоционально, про то, что ребята, куда угодно, но только НЕ вот в эту школу, потому что тут так вот и так. Ну смотрите: ведь все хорошо же… И ребенку хорошо, и формальный результат (пятерки всякие там) есть.

Но то, что все хорошо, не уменьшает тревогу, тяжесть ответственности и сомнения в том, что ребенок может учиться сам. И по завершению разговора я не понимаю, чем закончится эта история. Я не знаю, жизнеспособен ли этот наш формат, и у меня нет никакого «щенячьего оптимизма» касательно того, какой процент взрослых людей готов брать на себя эту ответственность и нести ее.

Пусть так, но это наш формат, формат семейной (не)школы «Искатели» и мы будем делать его, пока есть силы.